Законы

Ассоциация для защиты прав всех существующих учреждений

В гостях у передачи «Слово Эксперту» – руководитель НП «Федерация Судебных Экспертов» Костюченко Василий Владимирович и его заместитель по экономическим вопросам Гараба Анна Николаевна

Костюченко Василий Владимирович:

Итак, наша цель на сегодняшний день: создание ассоциации с функцией защиты прав и интересов всех уже существующих в Российской Федерации экспертных структур, вне зависимости от Вашей организационно-правовой формы, будь Вы ООО, АНО, НП, союз, ассоциация, фонд или учреждение.

Гараба Анна Николаевна:

Физическое лицо, которое проводит экспертизы.

Костюченко Василий Владимирович:

Или даже физическое лицо, как индивидуальный предприниматель.

Гараба Анна Николаевна:

Конечно. Процессуальное право нам это позволяет проводить такие экспертизы таких специалистов.

Костюченко Василий Владимирович:

Или без статуса индивидуального предпринимателя. Просто физическое лицо по редкой специальности. Итак, создание ассоциации. «Ассоциация» термин настолько актуальный (союз, ассоциация), что мы решили назвать наше предложение, наш информационный посыл, как предание этой ассоциации более высокого статуса. И мы решили, взглянув на глобус земного шара, придумали название данной ассоциации — «Конфедерация судебных…»

Гараба Анна Николаевна:

Не придумали, а позаимствовали, скажем так, у государственного права.

Костюченко Василий Владимирович:

Позаимствовали у Британской империи понятие «Конфедерация стран Британского союза».

Гараба Анна Николаевна:

То есть объединение независимых экспертных организаций для достижения определенной цели, в данном случае, для урегулирования нашей с Вами экспертной деятельности.

Костюченко Василий Владимирович:

Для защиты, а потом урегулирования.

Гараба Анна Николаевна:

Для защиты и урегулирования экспертной негосударственной деятельности.

Костюченко Василий Владимирович:

Конфедерация, возьмите Британскую империю — это не только Британия и Северная Ирландия. Это Канада, это Австралия, это Новая Зеландия, это там Соломоновы острова, Виржинские осторова, British Virgin Islands, и много-много островных государств, о которых мы, а Кипр, кстати, о которых многие даже и не знают, и не слышали, океанические, как правило. Так вот, что позволит нам надэкспертная конфедерация? Я буду уже называть слово «конфедерация».

Гараба Анна Николаевна:

Да, мы разъяснили, что это такое.

Костюченко Василий Владимирович:

Крайне удачный термин географический, политический и очень емкий. Первое, мы сейчас должны, во-первых, согласится, что название правильное, весомое.

Гараба Анна Николаевна:

Скажем так, оно соответствует…

Костюченко Василий Владимирович:

Целям.

Гараба Анна Николаевна:

…целям, да.

Костюченко Василий Владимирович:

Второе, мы должны принять в состав нашей конфедерации максимальное количество НП, союзов и ассоциаций экспертных учреждений.

Гараба Анна Николаевна:

То есть юридических, которые имеют какое-либо членство. Юридических лиц либо физических лиц.

Костюченко Василий Владимирович:

В том числе, в прием мы можем ввести юр. и физ.лиц, которые нигде не состоят. То есть одиночки.

Гараба Анна Николаевна:

И тем не менее, они должны подтвердить свою компетенцию и подтвердить, что они занимаются непосредственно экспертной деятельностью.

Костюченко Василий Владимирович:

Я думаю, это без проблем. Дальше.

Гараба Анна Николаевна:

Это условие уже, это даже не сейчас.

Костюченко Василий Владимирович:

Какие мы цели и задачи должны решить в ближайшее время? Первое — это, кроме юридической регистрации этой конфедерации, мы должны решить следующие задачи: первое: это создание, мы сейчас огласим этот список, это создание рабочего списка федеральных стандартов судебных экспертов. Термин «федеральный стандарт» тоже красивый, понятный термин. Он активно используется, эксплуатируется оценщиками, которые, кстати, очень хорошо отрегулировали свою оценочную деятельность. Смежные области знаний, смежные изобретения, почему бы их не использовать?

Гараба Анна Николаевна:

Конечно.

Костюченко Василий Владимирович:

Итак, сам факт наличия данных федеральных стандартов будет носить публичный характер и покажет всем судам, правоохранительным органам, что мы сформировавшаяся структура с единым центром управления, что мы сила, с которой стоит считаться. Сейчас все мы красивые, умные, замечательные, но мы разрозненные. Все наши решения не стоят ничего.

Гараба Анна Николаевна:

У нас даже власти разговаривать не с кем.

Костюченко Василий Владимирович:

Да, да. Дальше. И последний тезисный листочек, я в нем попытаюсь перечислить те федеральные стандарты экспертной деятельности, без которых нам просто нельзя существовать в ближайшее время. Первый федеральный стандарт, конечно же, о тарификации экспертных услуг. Стандарт будет выглядеть, примерно, таким образом: мы, все представители экспертных сообществ должны определить за единичку цену какой-либо экспертизы в городе Москве, за единичку, и на свои города и регионы экстраполировать эту единичку, допустим, с понижающим коэффициентом либо с повышающим. Нет проблем, в сторону повышения работайте без проблем. Допустим, в Магадане нет каких-то видов экспертиз. Почему там должна быть единичка? Если эксперт будет прилетать, как минимум, из Хабаровска.

Гараба Анна Николаевна:

И потом у нас уже за много лет наработана статистика, некая статистика, если ее спроецировать, то мы можем сказать, где какие виды экспертиз…

Костюченко Василий Владимирович:

Сколько стоят.

Гараба Анна Николаевна:

…сколько стоят, и насколько они, скажем так, пользуются спросом у судов…

Костюченко Василий Владимирович:

Либо вообще не пользуются.

Гараба Анна Николаевна:

… или вообще не пользуются никаким спросом.

Костюченко Василий Владимирович:

Кстати, некоторые судьи, в принципе, не понимают, не знают, что такое экспертиза. Они кроме строительной, оценочной, там автомобильной, никаких других и не знают. Это нормально.

Гараба Анна Николаевна:

В некоторых регионах это не нужно.

Костюченко Василий Владимирович:

Действительно.

Гараба Анна Николаевна:

Не все виды экспертиз там необходимы.

Костюченко Василий Владимирович:

Там только лыжи, там нет автомобилей. Бывает такое. Ладно. Итак, федеральный стандарт о тарификации экспертных услуг, т.е. за единичку — Москва, все остальные регионы принимают для себя свои коэффициенты в сторону понижения или повышения, это не проблема. Очень важная и полезная штука. Этим самым мы решим вопрос защищенности своих финансов по аналогии с нотариатом. Про нотариат я начинал в самом начале. Я знаю, что Вы оценили эту шутку юмора. Но это не шутка юмора, это правда жизни. Нотариусы будут такими же успешными и высокооплачиваемыми профессионалами в области нотариата в силу того, что они сразу сделали все очень грамотно в отношении себя. Неграмотно в отношении себя сделали адвокаты, которые до сих пор не имеют монополии ни на что.

Гараба Анна Николаевна:

Они хотели лоббировать, а с лоббизмом не получилось.

Костюченко Василий Владимирович:

Не получилось. Ладно, мы не будем следовать пути адвоката. Мы давайте последуем пути нотариата. Кстати, все нотариусы являются частниками, они ипэшники. Просто ипэшники, и они существуют лучше, чем адвокаты и юристы. Хотя они даже не гос.служащие. Да, ладно, переходим к следующему пункту. Это федеральный стандарт об открытом реестре экспертных специальностей. Открытом реестре экспертных специальностей. Зачем нам нужен реестр? Дело в том, что каждое ведомство, а у нас их 8 ведомств, государственных ведомств, в рамках которых существуют, созданы отделы экспертно-криминалистической службы или экспертно-криминалистические центры, и они имеют свои какие-то внутриведомственные перечни экспертных специальностей. Перечни, мягко скажем, усеченные. Они не убогие, они усеченные. Разнобой в наименовании той же почерковедческой экспертизы присутствует во всех этих перечнях. В некоторых перечнях настолько, иногда, читая изложение, нельзя понять, о чем идет речь.

Гараба Анна Николаевна:

Да. Есть такое.

Костюченко Василий Владимирович:

Дальше. Мы понимаем, что экспертная наука — наука самая активно развивающаяся. То есть мы работаем, мы выполняем экспертизы даже по тем отраслям, которые только что зарождаются. Пять лет назад не было компьютерной экспертизы, а она появилась. Семь лет назад не было энергетической экспертизы. Она появилась. И многие виды экспертизы появляются буквально у нас на глазах. А некоторые отмирают. Допустим, портретная экспертиза отмерла фактически. Об этом Вам заявит любой практикующий эксперт-криминалист, который вчера закончил институт. Дальше. Реестр должен быть открытым. Почему? Потому что, повторюсь, новые виды науки и техники появляются, многие виды экспертных исследований уходят в небытие, соответственно, надо внедрять и подготавливать экспертов по новым экспертным специальностям. Дальше. Следующий федеральный стандарт — это о цензах и требованиях к лицам, которые намереваются получить профессию судебного эксперта. Я не говорю о каких-то гендерных вопросах: там половой принадлежности, национальности, вероисповедания, абсолютно, нет. Я говорю о том, какое образование должно быть у судебного эксперта. Конечно же, высшее. Но какое высшее?Немножко отвлекусь, кто видел экспертизы, выполняемые оценщиками, у которых базовое образование — биолог? Либо базовое образование — музыкант?

Гараба Анна Николаевна:

Есть такие.

Костюченко Василий Владимирович:

Какие аналитические измышления в голове музыканта помогут ему оценить кран? Какой жизненный опыт?

Гараба Анна Николаевна:

Творческие.

Костюченко Василий Владимирович:

Творческие. Вот такой вот беспредел, в принципе, может встречаться и у Вас в жизни, и у нас, соответственно, встречается тоже. Дальше. Кто встречал строителя, строительного эксперта, который пишет заключения, как строительный эксперт, но в дипломе у него землеустройство? Т. е. это инженер-геодезист, но который, по его сведениям, работал 10 лет на стройке прорабом.

Гараба Анна Николаевна:

Либо у него дисциплина в дипломе стоит.

Костюченко Василий Владимирович:

Я его не взял на работу. Просился к нам такой человек. Дальше. К нам однажды устраивался на работу человек из Дагестана, у которого было базовое юридическое образование и то ли 7, то ли 9 допусков по таким дисциплинам как: почерковедческая экспертиза, техническая экспертиза документов, трасологическая, экономическая, лингвистическая и еще парочка каких-то. А человек по-русски плохо говорит. Вот такая вот печальная вещь.

Гараба Анна Николаевна:

Мы всегда смеемся, вот у меня образование юридическое, но у меня есть еще оценка за такую дисциплину, как судебно-медицинская экспертиза.

Костюченко Василий Владимирович:

В дипломе юриста?

Гараба Анна Николаевна:

В дипломе юриста. Это совершенно не означает, что я сейчас пойду трупы направо налево исследовать и устанавливать причину смерти. Если банальный пример какой-то такой, совершенно дурацкий.

Костюченко Василий Владимирович:

То есть мы должны, создавая реестр цензов и требований к высшему образованию судебных экспертов и о дополнительных образовательных курсах, которые должны проходить судебные эксперты, вступающие в профессию судебного эксперта, мы должны каждый раз в каждом федеральном стандарте показывать чиновникам и судьям о том, что мы профессионалы. Мы не просто лицо с высшим образованием, которое работало на стройке прорабом 10 лет и поэтому стало экспертом. Нет. Мы четко понимаем, что к этой специальности пойдет вот это высшее образование, вот с этим дипломом, вот с этим курсом повышения квалификации и прошедшим вот эти тестовые какие-нибудь курсы. Все. Дальше. Следующий федеральный стандарт — это о системе рецензирования. Федеральный стандарт о рецензировании. Система рецензирования — штука очень хорошая. Даже суды сейчас, осознавая необходимость и важность перепроверки каких-либо экспертиз, назначают в Федерацию судебных экспертов рецензионную экспертизу. Прямо именно в определении или постановлении: «Провести рецензию», — т. е. проверить ранее выполненную экспертизу на предмет ее научной обоснованности, методологической обоснованности, достоверности.

Гараба Анна Николаевна:

Это не повторная экспертиза, это не дополнительная, это именно рецензирование.

Костюченко Василий Владимирович:

Рецензирование. То есть суд не хочет проводить какие-то.., он хочет в этой экспертизе доказать невменяемость, некомпетентность того эксперта, и по всей видимости, привлечь его по 307 ст. Уголовного кодекса за дачу заведомо ложного заключения.

Гараба Анна Николаевна:

По этому вопросу очень многие спорят, по поводу рецензирования. Но тем не менее, мы никуда с Вами не можем уходить. Мы работаем в рамках процессуального законодательства в основном. И такое понятие как «специалист», которое закреплено в каждом нашем процессуальном законодательстве, никто не отменял. И каждый подследственный, подозреваемый, подсудимый либо потерпевший имеют право представлять свои интересы и защищаться любыми, не запрещенными законом способами, а именно: привлекать специалистов, выслушивать их мнение и представлять эти документы в суд…

Костюченко Василий Владимирович:

Собирать справки и иные документы.

Гараба Анна Николаевна:

Да, рецензирование, да, можно отнести к данному виду доказательств.

Костюченко Василий Владимирович:

Иные документы.

Гараба Анна Николаевна:

Да.

Костюченко Василий Владимирович:

Доказательство — иные документы. Просто в ГПК, АПК и УПК это либо документы, либо иные доказательства.

Гараба Анна Николаевна:

Да.

Костюченко Василий Владимирович:

В принципе, роли особой не играет. Итак, система рецензирования что нам даст с Вами? Она даст нам возможность очищать профессию от шлака. Зачем это Вам надо? Во-первых, если Вы неквалифицированный эксперт, Вы должны дойти, доучиться до того уровня, чтобы на Вас перестали писать жалобы, обоснованные жалобы. Либо Вы должны повыгонять из своей компании, из своего общества, которым Вы владеете, некомпетентных специалистов.

Гараба Анна Николаевна:

А то экспертизу напишут, вызывают в суд — «Ой, а я не пойду в суд». Не пойду в суд, нет, я не буду отстаивать свое заключение.

Костюченко Василий Владимирович:

Зачем это надо? Если Вы не будете вычищать экспертов, неквалифицированных людей, которые именуют себя экспертами, Вы тем самым опорочиваете всю свою профессию и всю свою компанию. Уберите из компании 10% недоучек либо 10% людей, которые попали в эту профессию случайно, и Ваша компания расцветет. Вот эти 10% — это грязь, которая будет тормозить Вашу компанию, Ваш бизнес и Ваши финансы.

Гараба Анна Николаевна:

И репутацию.

Костюченко Василий Владимирович:

И, в принципе, даже…а сколько компаний с похожими наименованиями?

Гараба Анна Николаевна:

Это вообще…

Костюченко Василий Владимирович:

Более 360 Центров судебных экспертиз с какой-нибудь приставкой в России сейчас существует. Более 360 центров судебных экспертиз по стране. И, иногда, в наш головной офис попадает претензия на Центр судебных экспертиз, там Альфа или Омега, с претензией на работу какого-нибудь эксперта, которого мы знать не знаем. Поэтому грязь, в принципе, распространяется на все экспертное сообщество. Поэтому чем оно будет чище, тем мы лучше будем выглядеть в глазах судебных и правоохранительных органов. И тем больше нам будут с Вами доверять. И в конечном итоге, я так думаю, что от РФЦСЭ может ничего не остаться.

Гараба Анна Николаевна:

Да, в принципе, это та цель, которую, в том числе, преследует Министерство юстиции. Вот именно частота наших рядов, понятность нашей работы.

Костюченко Василий Владимирович:

Доступность.

Гараба Анна Николаевна:

Прозрачность нашей работы. Они, в принципе, хотят того же самого. Только так, как они нас не знают, они это делают по-своему.

Костюченко Василий Владимирович:

Они это сделают по-своему. И не так, как нам с Вами хотелось бы.

Гараба Анна Николаевна:

Поэтому мы предлагаем, что мы должны сделать это раньше. Так они нас не знают, мы не доступны до такой степени, чтобы можно было ознакомиться с какими-то нашими проблемами. С чем мы сталкиваемся, что нам мешает, что нам помогает, что надо урегулировать. Они этого не знают, до них никто не может донести, никто не уполномочен на это.

Костюченко Василий Владимирович:

Следующий пункт — это федеральный стандарт о дисквалификации. Мы долго, примерно два года, шли к уяснению того, что это важно. Раньше мы размышляли на эту тему, даже я пытался донести эту мысль в Палату судебных экспертов, т. е. Сергею Евгеньевичу Кисилеву, говорил: «Сергей Евгеньевич, надо строить экспертов. Если мы себя не научим контролировать, то нас будут контролировать так, что нам с Вами не понравится». Пытался внести в Палату предложение о создании некоего третейского суда. Третейского в кавычках, потому что третейский суд решает несколько иные проблемы. Назовем это профессиональный суд. Вот система рецензирования — это профессиональный суд, в котором судьи — это такие же эксперты, только на уровень выше, на уровень опытнее, на уровень квалифицированнее, которые решают вопрос о дисквалификации других судебных экспертов.

Гараба Анна Николаевна:

Если даже не рецензирование, в любом случае, это является основанием для обращения в ту же самую головную организацию, которую мы сейчас и предлагаем создать.

Костюченко Василий Владимирович:

То есть назовем это так: это либо профессиональный суд либо система…

Гараба Анна Николаевна:

Квалификационная коллегия.

Костюченко Василий Владимирович:

Либо квалиф.коллегия.

Гараба Анна Николаевна:

Это квалификационная коллегия, в которую должны входить профессиональные эксперты в той или иной области либо созываться по необходимости при рассмотрении, например, вопроса о дисквалификации эксперта-почерковеда собираются специалисты-почерковеды. Либо еще какие-то смежные профессионалы, которые касаемо именно этой жалобы. Если это эксперт-эколог, значит, соответственно, собираются…

Костюченко Василий Владимирович:

Минимум, три эколога.

Гараба Анна Николаевна:

Минимум, три эколога. И тогда мы можем с Вами каким-то образом для начала в зависимости от того, скажем так, но не правонарушения, а той ошибки, которую допустил эксперт при проведении экспертизы, применять какие-то дисциплинарные меры воздействия.

Костюченко Василий Владимирович:

Как всегда можно взять, в принципе, систему любого ведомства: предупреждение, выговор, строгий выговор…

Гараба Анна Николаевна:

Исключение из реестра.

Костюченко Василий Владимирович:

Исключение из реестра, и определить какой-то срок. Год…

Гараба Анна Николаевна:

Да.

Костюченко Василий Владимирович:

И пять пожизненно. Примерно, так. У меня экспромтом все это. Я думаю, это более менее адекватно.

Гараба Анна Николаевна:

Это будет просто выражено на бумаге более конкретно.

Костюченко Василий Владимирович:

Итак, в принципе, можно назвать федеральный стандарт о дисквалификации либо о квалиф.коллегии. В квалиф.коллегию, в принципе, будут включены представители всех вышеупомянутых организаций на равных правах. И это будет очень круто. Мало того, работа квалиф.коллегии будет оплачиваться за счет жалобщиков, т. е. пишут на нас, на члена нашей конфедерации жалобу…

Гараба Анна Николаевна:

Это не то, чтобы платная услуга. Платной услугой это быть не может, потому что в данном случае мы заинтересованы в чистоте наших рядов. Но, тем не менее, что-то наподобие гос.пошлины при обращении в суд, в данном случае, при обращении в квалиф.коллегию должно быть однозначно.

Костюченко Василий Владимирович:

Так. Следующий пункт. Следующий вид федерального стандарта — это об особом статусе внесудебного либо досудебного исследования. Мы все понимаем, что законом о судебной экспертной деятельности описывается, как правило, само заключение судебного эксперта. Любые внесудебные исследования из закона выпадают. Их нет. Они ничем не урегулированы. Давайте наконец-то урегулируем статус внесудебного исследования в нашем федеральном стандарте. На этом, пожалуй, все. Урегулируем, допустим, формуляр внесудебного исследования. Почему бы и нет? Его нет. До сих пор нет.

Гараба Анна Николаевна:

Да.

Костюченко Василий Владимирович:

Он будет у нас единственный, первый и правильный.

Гараба Анна Николаевна:

Можно было бы создать, так как у нас условием по процессуальному законодательству является опыт работы эксперта, при выборе эксперта для назначения ему экспертизы можно было бы ввести реестр экспертов, в который могли бы вписывать определения судов, по которым он провел экспертизы. От этого можно было бы видеть, какой у него опыт работы, соответственно, 10-20 экспертиз. Так как у нас арбитр.ру сейчас достаточно электронная автоматизированная система…

Костюченко Василий Владимирович:

Мы немножко об этом чуть попозже.

Гараба Анна Николаевна:

…можно было бы все посмотреть, поэтому это было бы тоже идеально.

Костюченко Василий Владимирович:

Этот вопрос я продлю. Там интереснее, гораздо интереснее, чем Анна Николаевна начала. Дальше. Предпоследний пункт. Это федеральный стандарт о научно-методическом совете по апробированию и утверждению экспертных методик. Надо ли Вам объяснять, что это такое? То есть экспертные предприятия, экспертные компании изобрели новый метод, создали новую методику исследования чего бы то ни было. Ее не нужно патентовать, ее нужно признать легальной. А признавать легальной эту методику может кто? Эксперт той же специальности.

Гараба Анна Николаевна:

Группа экспертов.

Костюченко Василий Владимирович:

То есть я исследовал, я нашел там методику исследования бумаги, методику исследования пластика. Я предъявляю ее для ознакомления специалистам, работающим с бумагой или пластиком. Эти люди ее апробируют у себя, на своем аппаратном оборудовании, говорят: да, работает, — и мы эту методику утверждаем. И на эту методику все мы будем ссылаться. Дальше.

Гараба Анна Николаевна:

Хорошо бы, чтобы она выпускалась на определенном сайте. Всеобщее обсуждение тоже было бы неплохо. Было бы тогда у нас действительно независимое апробирование, и все было бы четко.

Костюченко Василий Владимирович:

А вот сейчас умники из МВД и Минюста должны написать комментарий: «Василий, ты пишешь херню, — по-другому они как бы не комментируют, — ты пишешь херню, эти методики, эти паспорта есть». Ребята, паспорта есть. Только эти паспорта, кроме возможности прочитать название паспорта, ничего Вам не дают.

Гараба Анна Николаевна:

Обнародования нет.

Костюченко Василий Владимирович:

Обнародования нет. Все Ваши методики закрыты.

Гараба Анна Николаевна:

Кто ими будет пользоваться?

Костюченко Василий Владимирович:

Скачать их невозможно. Получить их невозможно. У меня сотрудники, иногда, на каких-нибудь мероприятиях буквально за деньги выкупают эти самые паспортизированные в кавычках методики. Ваши методики закрыты.

Гараба Анна Николаевна:

Вы их издаете, да, Вы их утверждаете.

Костюченко Василий Владимирович:

Издаете и кладете на Вашу полочку.

Гараба Анна Николаевна:

И хотите, чтобы мы ими пользовались.

Костюченко Василий Владимирович:

А мы не будем ими пользоваться.

Гараба Анна Николаевна:

Мы пользовались бы, но мы не можем. Вы не даете нам такой возможности.

Костюченко Василий Владимирович:

Это тоже самое, друзья мои…

Гараба Анна Николаевна:

Есть какие-то методички, продаются на сайте Минюста, но это, знаете, купить то, что никому не нужно. Ихтиологические там…

Костюченко Василий Владимирович:

Измышления, да?

Гараба Анна Николаевна:

Про то, как там чешую рыбы определить.

Костюченко Василий Владимирович:

Ладно, итак, это тоже самое, что учить студентов уголовному праву и принимать экзамен по уголовному праву, не выдав студентам ни учебника, ни кодекса.

Гараба Анна Николаевна:

Можно сказать: Он есть, ребята!

Костюченко Василий Владимирович:

Он есть! Методика есть! Только Вам я ее не дам. И никто из Вас сейчас, если Вас Минюст заставит принимать экзамены по определенной экспертной специальности, Вам никто не даст эту методику. А требовать у Вас будут знания той самой закрытой методики.

Гараба Анна Николаевна:

А потом сертификация должна быть. Но, извините, должна быть разумная сертификация. Не может быть сертификация, т. е. если это доступная профессия, а не закрытое какое-нибудь сообщество, 55 тысяч, которые сейчас стоят по одной специальности, сертификация, в Министерстве юстиции, по-моему, это слишком.

Костюченко Василий Владимирович:

Да. Надо еще одну вещь сказать: если говорить о закрытости, открытости методик надо сказать единственную вещь. Друзья мои, давайте сделаем закрытые методики по взрывотехнике, вот давайте их закроем. И, допустим, методики по исследованию наркотических средств. Давайте их закроем.

Гараба Анна Николаевна:

Да.

Костюченко Василий Владимирович:

Все остальное, ребята, должно быть публичное. Там нет ничего сверхъестественного. Давайте закроем методику, допустим, компьютерно-техническая экспертиза по поиску интернет-мошенников. Давайте ее закроем. Все остальное должно быть публичное. Пожалуй, так.

Гараба Анна Николаевна:

Да, если данные методики мешают какой-либо безопасности, государственной безопасности, без проблем, должна быть монополия у государства. Никто с этим не спорит.

Костюченко Василий Владимирович:

Давайте огнестрельное оружие тоже закроем.

Гараба Анна Николаевна:

Да.

Костюченко Василий Владимирович:

Огнестрельное оружие, холодное оружие, я согласен. Наркотики, сильнодействующие — согласен. Яды — согласен. Взрывотехника — согласны. Или его нет?

Гараба Анна Николаевна:

Это логично. Даже с этим никто не будет спорить.

Костюченко Василий Владимирович:

Компьютерные преступления…

Гараба Анна Николаевна:

Опять же, в сфере чего? Если это какая-то коммерческая…мы проводим бухгалтерские компьютерные экспертизы.

Костюченко Василий Владимирович:

Я имею ввиду интернет-мошенничество. Это надо закрывать, чтобы мошенники просто не знали, начинающие мошенники не знакомились…

Гараба Анна Николаевна:

Если ты знаешь с чем тобой борются, ты это обойдешь.

Костюченко Василий Владимирович:

Да, это можно, я сам с удовольствием подпишусь тремя ногами, тремя руками за закрытие этих методик. Все остальное должно быть открыто. И самое вкусненькое в конце по поводу экспертного авторитета. Давайте так, мы можем, в принципе, изобретать велосипед, а можем взять систему авторитетности, признания чьих-то достоинств или заслуг, которая уже существует, допустим, в системе МВД. Это выслуга лет.

Гараба Анна Николаевна:

Да, прекрасно.

Костюченко Василий Владимирович:

Друзья мои, мы негосударственные эксперты. Мы, кроме почета и уважения от владельцев экспертных компаний, в принципе, ничего не получаем. Но хотя бы знак того, что ты проработал в компании 15 лет, должен быть. Не в компании, а в профессии. Поэтому я предлагаю на последнем восьмом пункте — это создать федеральный стандарт о знаках отличия и о знаках, как назвать? Не то, что знаках отличия, а…

Гараба Анна Николаевна:

Есть прекрасный закон о государственной службе.

Костюченко Василий Владимирович:

О награждении знаков отличия за 5, 10, 15 лет и более экспертной службы. Я считаю, что это очень круто. То есть эксперт, который имеет этот значок, Конфедерации экспертных учреждений награждает эксперта, смотрит его трудовую книжку, видит его экспертный стаж, награждает его почетным знаком работы экспертом 5,10,15,20 лет. Мне кажется, это очень круто! У нас нет погон. У нас нет звезды между глаз.

Гараба Анна Николаевна:

Репутация — это все, что у нас есть.

Костюченко Василий Владимирович:

У нас есть репутация, поэтому давайте награждать экспертов, заслуживших сей статус, да.

Гараба Анна Николаевна:

Конечно.

Костюченко Василий Владимирович:

Соответствующими знаками отличия.

Гараба Анна Николаевна:

А потом должно быть различие экспертов. У нас сейчас очень много выпускается экспертов. Да, должны обучаться судебной экспертизе. Да, должны выходить судебные эксперты. Но стать сразу судебным экспертом невозможно. Во-первых, я тысячу раз говорила, что судебный эксперт — это процессуальный статус. Вообще, эксперт, статус, который возникает у специалиста после назначения ему, поручения ему проведения судебной экспертизы судом или иными правоохранительными органами. Поэтому когда мы с Вами получаем на выходе из образовательного учреждения мальчика или девочку 22 лет, которые ни разу ни одной экспертизы не провели, но они в отличие от эксперта с 20-летним стажем имеют вот эту бумажку, где написано «судебный эксперт».

Костюченко Василий Владимирович:

И Вы тем самым родили новый федеральный стандарт о помощнике, о стажере эксперта.

Гараба Анна Николаевна:

Да, да.

Костюченко Василий Владимирович:

Об этом я, в принципе, размышлял, но решил не докладывать.

Гараба Анна Николаевна:

Да, он должен сначала поработать стажером, помощником. Без этого нельзя. Мы должны регулировать, если мы говорим о чистоте нашей профессии, значит, соответственно, мы должны учитывать данный факт. Обязательно должны. Нельзя просто так выйти и…

Костюченко Василий Владимирович:

Был строителем, раз, завтра — эксперт.

Гараба Анна Николаевна:

Да, и все, и тебе дали огромный комплекс, я не знаю, медицинского учреждения, ты все пошел, все посмотрел, значит, написал заключение.

Костюченко Василий Владимирович:

То есть следующий, получается, девятый федеральный стандарт — это положение о помощнике судебного эксперта. По аналогии с адвокатурой и нотариатом, где есть и помощники адвоката, и стажеры адвоката.

Гараба Анна Николаевна:

Класс эксперта, классность эксперта, да.

Костюченко Василий Владимирович:

Классность эксперта, я думаю, это как раз… с награждениями, медальками за выслугу лет.

Гараба Анна Николаевна:

Это то, что с этим связано. В один стакан.

Костюченко Василий Владимирович:

Еще Анна Николаевна до съемок попыталась сформулировать мысль. Она сейчас, я думаю, ответит на нее. На тему создания реестра, публичного реестра, куда эксперты могут заливать образцы своих заключений. Это тема, конечно же, сомнительная с моей точки зрения.

Гараба Анна Николаевна:

Нет, я немного другое имела ввиду. Я не хочу, чтобы заливали образцы заключений, потому что я вообще считаю, что образцов заключений не может быть. Он составляется на основе знаний каждого конкретного эксперта. Образец может быть только один: это дата, время, подписка, и все остальное.

Костюченко Василий Владимирович:

Раскройте эту мысль. Я помню о том, что мы согласились вместе с Вами по крайней мере о том, что эксперт должен показывать, где он выполнял экспертизы, по поручению каких органов.

Гараба Анна Николаевна:

Да, и были ли они признаны допустимыми.

Костюченко Василий Владимирович:

Допустим, в этот реестр публично можно заливать определения суда, можно заливать постановления следователя, дознавателя, органа дознания.

Гараба Анна Николаевна:

Да: поручено. Определение залито, все, можно это проверить.

Костюченко Василий Владимирович:

Я думаю договорные экспертизы, я думаю, здесь будут нарушения.

Гараба Анна Николаевна:

Нет, договорные здесь не могут быть, потому что мы по договору не считаемся экспертами. Эксперт считается тот, кто провел именно судебную экспертизу. Либо есть у нас в законодательстве понятие «эксперт при ОСАГО», понятие «эксперт при расследовании несчастных случаев на производстве». Но это, скажем так, несколько индивидуальные моменты, где можно отдельно раскрывать понятие эксперта.

Костюченко Василий Владимирович:

И к нам это мало относится.

Гараба Анна Николаевна:

Да, а мы сейчас с Вами говорим исключительно о той деятельности основной, которую ведем. Но это должно быть. У нас может быть, что эксперт просидел в конторе 20 лет и написал одну экспертизу, остальное время занимался канцелярской работой.

Костюченко Василий Владимирович:

Редкие виды экспертизы.

Гараба Анна Николаевна:

Или редкие виды экспертизы. Да, но это должно быть показано. Это должен знать суд, это должны знать стороны, которые принимают участие в решении вопроса: кому назначить экспертизу. Поэтому это немаловажно.

Костюченко Василий Владимирович:

Бывают случаи, Анна Николаевна, разовью эту тему, бывают случаи, когда эксперт выглядит авторитетно. То есть седой дядечка или там седовласая женщина 70 лет выглядят авторитетно. Но этот человек пришел в экспертизу год назад. И он до этого занимался, был прорабом на стройке, пока не упал и ногу не сломал. Там зачатки эксперта только.

Гараба Анна Николаевна:

То есть на том же уровне, как мы говорили про мальчика и девочку. Только у мальчика и девочки усики еще маленькие, а там уже большие усы.

Костюченко Василий Владимирович:

Да, только у мальчика и девочки активность гораздо выше, мозг гораздо активнее работает и выводы гораздо более достовернее, чем у того престарелого человека. Поэтому эксперта проверять визуально очень тяжело. Надо проверять по результатам, по количеству назначаемых ему экспертиз. Даже если экспертиза коммерческая, т. е. досудебная, она обременена коммерческой тайной. Но мы не должны распространять, кто обращался, по каким вопросам. Судебная — тоже самое, мы не можем публиковать эти экспертизы. А вот количество постановлений следователя в той адрес, определений арбитража, районного, военного или мирового в твой адрес о том, что эти суды доверяют тебе провести такую экспертизу, это на самом деле очень круто.

Гараба Анна Николаевна:

Да, сколько раз тебе доверяли, по каким вопросам, по каким экспертизам.

Костюченко Василий Владимирович:

Причем члены нашего экспертного консорциума должны радоваться тому, что они могут наконец-то показать свой авторитет. Ребят, кто обращал внимание, сколько экспертных организаций болтается на сайте арбитр.ру в Вашем регионе?

Гараба Анна Николаевна:

Кого рекомендуют?

Костюченко Василий Владимирович:

Причем, нет, просто, которые болтаются. Они могут никем не рекомендоваться. Там уведомительный порядок. То есть: «уведомляем Вас о том, что мы открыли компанию такую-то в городе, не знаю там, Благовещенске, зарегистрируйте». Администрация сайта арбитражного суда спокойно регистрирует эту новоиспеченную экспертную организацию. И эта новоиспеченная экспертная организация занимает везде одинаковое пространство на сайте арбитр.ру.

Гараба Анна Николаевна:

То есть это равные позиции экспертных организаций: 10 лет существующих, и которая только что зарегистрирована.

Костюченко Василий Владимирович:

Причем выше или ниже компания, которая десятки лет существует на рынке в Благовещенске, выполняет тысячи экспертиз для своего региона, а также для прилегающих регионов, занимает равную позицию на сайте арбитражного суда. И клиент расценивает их, как равноценные понятия. А это не равноценные понятия. Это не равноценный субъект. Один субъект еще не понятно, как себя поведет в суде. А второй субъект уже заслужил доверие. И когда пользователи нашего реестра будут видеть, что эта компания существует 10 лет, у нее 15 тысяч экспертиз за 10 лет хотя бы сделано, а у второй две экспертизы, у пользователя этого ресурса будет сниматься вопрос, с кем работать: с заслужившим уважение учреждением либо с новоявленной непонятной ооошечкой либо аношечкой. Вот и все. Итак, по федеральным стандартам, которые мы запланировали, хватит уже рассуждать. Давайте поговорим о том, что нам делать, друзья мои. Сейчас мы реально создаем уставные учредительные документы для нашей конфедерации. В ближайшее время мы будем создавать открытые платформы, круглые столы на тему: как нам жить в следующем году. Мы будем приглашать, я сейчас Вас приглашаю поучаствовать в процессе. Вы можете приходить лично ко мне, Вы можете приходить к Анне Николаевне в любое время по телефонам, которые я оставлю под данным видео. Оставляйте свои контактные данные, мы Вас пригласим на открытый стол. У нас в главном офисе на Серпуховке, да, огромный административный корпус, и мы здесь обязательно найдем актовый зал, куда соберем любое число людей, экспертов, заинтересованных в выживании экспертной профессии. Поэтому оставляйте, пожалуйста, свои заявочки. Если я Вам лично не звоню, это не значит, что мы в Вас не заинтересованы. Мы заинтересованы во всех.

Гараба Анна Николаевна:

Слишком много людей, да.

Костюченко Василий Владимирович:

И в компании, где работает тысяча человек, и в компании, где работает один человек, т. е. Вы, индивидуальный предприниматель.

Гараба Анна Николаевна:

Я бы еще позвала, если, конечно, им будет интересно наше предложение, представителей Министерства юстиции, ЭКЦ МВД, т. е. государственные органы. Мы в любом случае с Вами вместе взаимодействуем. Понятно, что у них однозначная позиция. Но им другую позицию никто не высказывал. И они не видели никаких телодвижений, направленных навстречу тому, что действительно должны быть изменения, действительно должно быть регулирование в той или иной форме. Вот об этом мы с удовольствием поговорили бы с Вами. Вы бы наше предложение услышали, мы бы услышали Ваше предложение.

Костюченко Василий Владимирович:

Если, Анна Николаевна, в 2001, 2002, 2003, 2005 году, когда первые негосударственные экспертизы, экспертные учреждения появлялись, нужды в их регулировании не было. Сейчас нужда есть, друзья мои.

Гараба Анна Николаевна:

Есть, есть.

Костюченко Василий Владимирович:

Сейчас с каждым годом положение может ухудшаться и ухудшаться. Не потому, что Вы стареете, да, или потому, что у Вас возрастает конкуренция. Причем, конкуренция порой обезбашенных граждан, конкуренция неорганизованная, конкуренция некультурная, хотя я тоже, иногда, матерюсь, но по делу. Поэтому давайте не будем опускаться до профессии оценщиков и убивать свою профессию, как сделали это оценщики.

Гараба Анна Николаевна:

Вам нужно, чтобы это было урегулировано. Нам нужно, чтобы это было урегулировано. Без регулирования уже невозможно существование негосударственной экспертизы. Вопрос в том, как это будет сделано.

Костюченко Василий Владимирович:

Нами или ими?

Гараба Анна Николаевна:

Этот вопрос, нами или ими, это другой вопрос. Вопрос в том, хорошо бы это вместе обсудить, потому что нам в любом случае вместе работать. Просто так Министерство юстиции либо другой орган, допустим, общественная палата там часто этим всем занимается, тоже принимает участие, нельзя взять и выгнать на улицу огромное количество профессионалов. Я не говорю о непрофессионалах, о случайных людях в профессии. Мы о случайных людях в профессии не говорим. Огромное количество профессионалов, которые в том числе когда-то работали в органах на той же самой должности. Поэтому давайте как-то вместе сконсолидируемся, вместе выслушаем друг друга позицию. Нашу Вы слышали. Мы документы готовим, часть уже готова.

Костюченко Василий Владимирович:

Я могу еще что сказать? После того, как мы примем, т. е. будем проводить круглые столы и будем понимать, что Вы нас поняли, что Вы, в принципе, находитесь на одной волне с нами, мы предлагаем, что подобные круглые столы у нас будут раз в квартал. Не то, чтобы круглые столы…

Гараба Анна Николаевна:

Это уже в рамках конфедерации.

Костюченко Василий Владимирович:

В рамках конфедерации мы будем внедрять один за другим юридически значимые документы, которыми мы будем руководствоваться в работе.

Гараба Анна Николаевна:

В рамках обсуждения общих собраний.

Костюченко Василий Владимирович:

Да, все наши решения будут публичные. То есть исключили мы какого-нибудь негодяя из профессии, пусть об этом вся Россия знает. Наградили мы кого-то знаком за доблесть с 20-летним стажем, у нас есть такие эксперты, 30-летний стаж, 40-летний бывает стаж у экспертов. У нас таких к счастью или к сожалению нет. Хотя?

Гараба Анна Николаевна:

Есть, а Людмила Ивановна?

Костюченко Василий Владимирович:

Тридцать лет примерно, да? 33 года.

Гараба Анна Николаевна:

Да, тридцать лет в одной профессии. Именно профессии эксперта.

Костюченко Василий Владимирович:

Об этом должно знать сообщество. Об этом должны знать суды. Дальше. Создаем какой-то новый стандарт из, я, примерно 8-9 стандартов, перечислил…

Гараба Анна Николаевна:

Может быть, их будет впоследствии больше. Но это основные, которые необходимы, первоочередные.

Костюченко Василий Владимирович:

Создаем новый стандарт, собираемся, решаем, муссируем, правим, правим, правим, публикуем, и вся Россия руководствуется этими стандартами. Если человек не находится в нашем с Вами консорциуме, в нашей с Вами конфедерации, он не вправе ссылаться на эти стандарты, он не вправе ссылаться на нашу тарифную сетку. И это будет ему во вред. Поэтому в итоге мы должны в нашей конфедерации собрать всех без исключения судебных экспертов и экспертов, выполняющих внесудебные исследования. Туда мы принимаем, конечно же, и оценщиков. Потому что оценщик не бывает чисто оценщиком. Бывает оценщик, который и для суда работает, и для следователя.

Гараба Анна Николаевна:

Есть заключения в области оценки, а есть отчет об оценке. Это две разные вещи. Поэтому мы здесь не можем не учитывать этого.

Костюченко Василий Владимирович:

Чистокровных автоэкспертов тоже не бывает. Он половину делает для суда, а половину делает по заказу граждан или организаций. Поэтому чистых судебных экспертов не существует.

Гараба Анна Николаевна:

Не существует. Их не может быть. Кроме государственной службы, потому что они только для этого созданы, для этого существуют. Это гос.служба, они подчиняются другому закону.

Костюченко Василий Владимирович:

ФСБ, МВД редко выполняют экспертизы для коммерсантов. Итак, друзья, надеюсь Вы меня поняли. Если есть сложности с пониманием, задавайте вопросы. Этот видеоролик, я думаю, не последний. Я, иногда, снимаю видеодоклады в период душевного подъема в домашних условиях, в майке и тапочках. Поэтому смотрите те же самые видеоролики, будут повторения, без них никак, потому что тема требует многократного повторения, муссирования, муссирования и углубления. Все, друзья! До свидания! До новых встреч!

Гараба Анна Николаевна:

Ждем Ваших звонков!

Добавить комментарий

Обязательные поля помечены *. Ваш e-mail не будет опубликован.